Криминалистическая портретная идентификация и атрибуция произведений изобразительного искусства

Криминалистическая портретная идентификация и атрибуция произведений изобразительного искусства

Портретная идентификация с помощью компьютераАтрибуция портретов - традиционно искусствоведческая задача. Однако в случаях наиболее сложных и спорных искусствоведы нередко обращаются за помощью к криминалистике. В этой науке, располагающей в своем арсенале множеством средств установления личности, имеется и такой раздел, как криминалистическая портретная идентификация, ведущая свою историю еще со времен французского криминалиста Альфонса Бертильона (80-е годы XIX века). Научными предпосылками данного вида идентификации являются свойства внешности человека и ее рендеринг.

Криминалистически значимы индивидуальность внешности, относительная устойчивость характеризующих ее признаков. Знание закономерностей изменения признаков внешности и результатов воздействия на них условий отображения позволяют проводить идентификацию личности.

В криминалистике подробно изучены признаки, характеризующие индивидуальность внешнего облика человека. При этом важным моментом является не их общее число (профессор Н.В. Терзиев насчитывал более сотни признаков, которыми может быть охарактеризовано, например, лицо), а частота встречаемости, и редкость признаков. Но даже редко встречающиеся признаки или, как их называют криминалисты, особенности, должны образовывать индивидуализирующую внешний облик человека совокупность и найти свое отображение на портретах. Только в этом случае можно категорически утверждать, что на сравниваемых портретах изображен один и тот же человек.

Внешность человека изменяется во времени. Достаточно сравнить портреты взрослого и ребенка, чтобы понять, насколько трудна задача портретной идентификации. Однако признаки внешности не исчезают - они видоизменяются. Основные факторы изменений - постоянно действующие закономерности возрастных процессов организма, условия жизни, которые могут изменять признаки внешности необратимо или на время действия этих факторов.

Однако элементы и признаки внешности стабильны на протяжении определенного периода возрастного развития человека. Изменения происходят постепенно в известных направлениях, со сменой периодов развития человека.

Знание действия закономерностей изменения внешнего облика человека, относительная устойчивость признаков на протяжении определенного периода времени и дает возможность проводить отождествление личности. Помимо знания свойств внешности человека, криминалистика располагает методами их изучения, разработанными на основе таких научных дисциплин, как нормальная и пластическая анатомия, морфология, антропология и генетика человека, математическая статистика. Для изучения отображений внешнего облика человека разработаны специальные приемы, основанные на использовании методов фотографии, оптики, геометрии.

Научная база криминалистической идентификации по признакам внешности дает возможность устанавливать личность человека с помощью экспертных исследований, обычные объекты которых фотографические изображения. Для установления личности в криминалистической практике используются также портреты, выполненные художниками со слов свидетелей, потерпевших, по их памяти.

Однако свидетель нередко затрудняется подробно и точно описать внешность человека, чей портрет должен художник нарисовать. Поэтому художнику приходится домысливать облик этого человека и вносить в портрет свое представление о людях такого типа. В результате портрет больше отображает представление художника о типе например, мошенника, грабителя, убийцы, чем то, которое сформировалось в памяти свидетеля после его встречи с конкретным человеком.

В связи с этим криминалистам пришлось взяться за изучение влияния приемов изобразительного искусства и особенностей художественного творчества на достоверность воспроизведения внешнего облика человека. В результате представилось возможным сформулировать некоторые подходы к решению задачи идентификации человека по таким его отображениям, как рисунки, живописные портреты и т.п.

Существующая практика атрибуции лиц, изображенных на портретах, рисунках, показывает, что исследователь сравнивает одноименные признаки внешности и делает умозаключение об их совпадении или различии. Формально это напоминает процедуру экспертного идентификационного исследования.

Однако в криминалистике такому сравнению должно предшествовать изучение вышеуказанных свойств внешности человека и ее отображения в конкретном случае. Следовательно, по рисунку, гравюре, литографии, живописному портрету необходимо составить представление:

  • . насколько данный вид отображения внешности достоверно ее воспроизводит;
  • . образуют ли индивидуальную для данного человека совокупность признаки внешности, запечатленные на портрете, то есть оценить полноту отображения признаков внешности и выявить среди них те, которые индивидуализируют человека;
  • . насколько устойчивы различия, выявляемые при сравнении изображенных на портретах лиц, и каково происхождение этих различий.

Наиболее ответственна задача оценки достоверности отображения признаков внешности на портрете. Бели при изучении фотоснимка достаточно проанализировать его с точки зрения фотографической технологии и соблюдения правил фотосъемки, то в данном случае необходимо:

  • . во-первых, учесть профессиональные качества исполнителя портрета;
  • . во-вторых, особенности его манеры и влияние ее на воспроизведение признаков внешности;
  • . в-третьих, жанр портрета и конкретные технические приемы его выполнения.

При оценке полноты отображения признаков внешности необходимо иметь в виду, что даже для художника, который в своей работе старается добиться максимального портретного сходства, те особенности элементов лица человека, которые интересуют криминалиста, оказываются мало существенными для художника. В самом деле - строение деталей ушной раковины, особенности контуров бровей и так далее нередко воспроизводятся с недостаточной точностью. Бели же перед нами рисунок, эскиз, короткий набросок, то особенности элементов лица часто вообще опускаются, так как художник в этом случае ставит перед собой задачу, прежде всего, запечатлеть типаж, основные пропорции головы, броские элементы лица.

Таким образом, только после решения задачи достоверности отображения признаков внешности можно переходить к их изучению с целью идентификации.

Криминалист, перед которым ставится задача проведения портретной идентификации по произведениям изобразительного искусства, должен проанализировать вышеуказанные факторы и выявить их влияние на достоверность и полноту отображения признаков внешности.

Такой анализ требует от криминалиста, по существу, искусствоведческих знаний и навыков профессионального художника-портретиста. В то же время специфика подготовки экспертов-криминалистов рассчитана на потребности криминалистической практики проведение идентификационных исследований по фотоснимкам. Таким образом, самостоятельное решение криминалистами задач атрибуции реально лишь при сравнении фотографических изображений. При исследовании же таких объектов, как рисунки, гравюры, живописные и скульптурные портреты использование не адаптированных к ним приемов и методов фотопортретной экспертизы должно иметь ограничения, обусловленные спецификой отображения признаков внешности на подобных объектах.

Тем не менее, известны случаи, когда в основу атрибуции произведений изобразительного искусства были положены заключения экспертов-криминалистов, которые проводили портретные идентификационные исследования акварелей, скульптур, рисунков по тем же правилам, что и фотопортретные экспертизы, не вводя необходимых ограничений в используемые экспертные приемы и методы. Искусствоведческий анализ учета профессиональных качеств исполнителей портретов, особенностей их манеры, технических приемов выполнения портретов и их влияние на воспроизведение признаков внешности экспертами-криминалистами не проводился в силу некомпетентности в таких вопросах.

Одновременно с этим в практике атрибуции, особенно выполняемой непрофессиональными искусствоведами, литераторами, журналистами, историками и другими исследователями биографий исторических лиц, различных фактов культурной жизни, нередко наблюдалось перенесение методики словесного портрета, приемов и методов криминалистической фотопортретной экспертизы на изучение внешнего облика человека по произведениям изобразительного искусства.

Н. Шахов в заметке "Ответ на данный вопрос", опубликованной в третьем номере журнала "Филателия СССР" за 1982 год, в качестве решающего аргумента своей атрибуции изображения женщины на картине В.А. Тропинина "Казначейша" привел результаты проделанного им эксперимента. Суть его заключалась в использовании приема совмещения изображений двух женских лиц, сфотографированных в одном масштабе. Этот прием используется для иллюстрации выводов фото портретной экспертизы, если положение головы изображенных на портретах лиц одинаково. Однако на сравниваемых Н. Шаховым портретах положение головы женщин отличалось друг от друга (на одном наклоненное, на другом вертикальное).

В опубликованной газетой "Комсомольская правда" 1 декабря 1984 года заметке "Портрет заговорил...", подписанной Г. Пашниной, назвавшейся любителем-пушкинистом, приводятся результаты изучения рисунков А.С. Пушкина. По ее мнению, на одном из них изображен портрет молодого И.Д. Якушкина. Сравнивая этот рисунок с портретом И.Д. Якушкина работы П.Ф. Соколова, она приходит к категорическому выводу о тождестве изображенных лиц, указывая, что "рисунок поэта полностью совпал с документальным портретом И.Д. Якушкина, включая даже мелкие детали", в то время как на рисунке в силу его жанра не могли быть отображены именно детали, а дано представление о типе лица, общем строении основных его элементов, и вывод мог быть лишь предположительным.

В публикациях и интервью художника Л.Н. Шаталовой, посвященных изучению ею рисунков М.Ю. Лермонтова, она рассказывает о результатах их атрибуции5. Идентификация изображенных на рисунках лиц и портретов людей из числа окружения М.Ю. Лермонтова, представителей высшего света того времени, выполняется Л.Н. Шаталовой в том числе и путем сопоставления признаков внешности, хотя по большинству рисунков выделить достаточную для идентификации совокупность признаков невозможно, что ставит под сомнение результаты такого анализа изображений.

Данная практика использования методов криминалистической портретной идентификации, а также визуальной атрибуции портретов в ходе исследования произведений изобразительного искусства вряд ли может считаться удовлетворительной. В связи с этим в качестве оптимального решения проблемы на данном этапе может быть предложено совместное проведение исследования портретных произведений изобразительного искусства криминалистом, художником и искусствоведом. Такое сочетание специалистов создаст оптимальные условия для полного изучения всех факторов, влияющих на отображение признаков внешности и его реализацию в обоснованном, взвешенном заключении.

Заместитель директора Каневского музея-заповедника Т.Г. Шевченко З.А. Тарахан-Береза проводила атрибуцию портрета неизвестного работы Т.Г. Шевченко. Восстанавливая историю портрета, она выяснила, что еще в 1914 году существовали две версии о том, кто изображен на портрете. Одна, версия И. Труша, это великий русский артист М.С. Щепкин, другая, А. Новицкого, - это А.К. Кадницкий, управитель канцелярии генерал-губернатора Нижнего Новгорода.

Разрабатывая обе эти версии, З.А. Тарахан-Береза пришла к выводу о необходимости проведения исследования изображений вышеупомянутых лиц с использованием методик криминалистической портретной идентификации. Необходимость этого была вызвана тем, что ряд групповых признаков внешности, тип лица совпадали у человека, представленного на портрете неизвестного работы Т.Г. Шевченко и на его же рисунке, изображающем А.К. Кадницкого, а также на изображениях М.С. Щепкина, где он был запечатлен в наиболее близком к этим лицам возрасте.

Такое исследование по просьбе музея-заповедника выполнялось автором данной статьи совместно с B.C. Житниковым, доцентом Московского государственного академического художественного института им. В.И. Сурикова.

Поскольку предстояло исследовать живописный и графический портреты, B.C. Житниковым было изучено творчество ТТ. Шевченко художника с целью выявления его профессиональных особенностей в этой области и их влияния на воспроизведение признаков внешности.

В фондах Государственного театрального музея им. А.А. Бахрушина были изучены все имеющиеся портреты М.С. Щепкина, их репродукции, а также издания, иллюстрированные портретами М.С. Щепкина. Четырнадцать портретов, запечатлевших артиста в разные периоды его жизни, достаточно полно представляли своеобразие его внешнего облика. Использовался и "словесный портрет" М.С. Щепкина из воспоминаний его современников. Эта работа проводилась совместно художником и криминалистом.

В результате в качестве наиболее достоверного отображения признаков внешности М.С. Щепкина был выбран фотоснимок, сделанный в 50е годы XIX века. На нем ракурс изображения головы был максимально близок к ракурсу головы мужчины на живописном портрете. При решении идентификационного вопроса по живописному, графическому и фотографическому портретам сравнивались пропорции лиц, контуры и взаимоположение элементов лица, проводилось детальное сравнение признаков внешности. В итоге было выявлено совпадение признаков, образующих индивидуализирующую совокупность, разумеется, с поправкой на существенное различие в возрасте сравниваемых лиц и особенности отображения признаков внешности на живописном портрете неизвестного и графическом портрете М.С. Щепкина работы Т.Г. Шевченко. Изучение признаков внешности по репродукциям живописного портрета неизвестного и графического портрета А. Кадницкого, также работы Т.Г. Шевченко, привело к прямо противоположному результату. При тщательном сравнительном исследовании признаков элементов лиц были выявлены многочисленные устойчивые различия и сделан категорический вывод, что на исследуемом живописном портрете изображен не А.К. Кадницкий.

Результаты проведенного исследования позволили З.А. Тарахан-Березе уверенно продолжить разработку версии о том, что на живописном портрете изображен М.С. Щепкин. Было необходимо выявить факты, свидетельствующие о времени и месте изготовления портрета в Киеве в 1843 году, а не в Нижнем Новгороде в 1858 году, как считалось с начала XX века, почему и возникла версия, что на портрете изображен А.К. Кадницкий. В своей статье, посвященной атрибуции портрета, З.А. Тарахан-Береза подвела итог многолетней работы следующими словами "настало время убрать завесу над загадочным портретом и ввести его в научный и художественный обиход, в музейную экспозицию и в академические издания искусствоведческих работ, посвященных Т.Г. Шевченко, с аннотацией: "ТХ.Шевченко. Портрет М.С. Щепкина. Холст, масло. 40,2 х 32,2, Киев, 1843 год".

Безусловно, такое комиссионное исследование произведений изобразительного искусства при их атрибуции может организовываться в ситуациях, вызывающих неоднозначную оценку специалистов. В то же время в музейной работе необходимость в проведении атрибуции портретов возникает довольно часто, и использование элементов методики криминалистической портретной идентификации, должным образом адаптированных к специфике решаемой задачи, было бы весьма полезным методическим подспорьем искусствоведам. В связи с этим представляется целесообразной разработка специальных методических рекомендаций по возможностям использования методики криминалистической портретной идентификации при атрибуции произведений изобразительного искусства.